Авторы новой магистерской программы посмотрели на российские университеты через стеклянный потолок

В мире нет консенсуса относительно лучшей модели высшего образования, университетское образование в целом находится в кризисе, и в этой ситуации Россия не может довольствоваться несовершенными копиями «лучших практик». Проблемам высшей школы посвящена данная статья.
Авторы новой магистерской программы посмотрели на российские университеты через стеклянный потолок
Авторы новой магистерской программы посмотрели на российские университеты через стеклянный потолок

Как появляются образовательные инновации в российских университетах? Магистральный путь — заимствование отдельных зарубежных форматов.

В джентльменский набор таких заимствований сегодня входят студенческие проекты с 1 по 4 курс (все — «из реальной жизни»), элементы свободного образования типа майнеров и элективов (обычно за счет переименования дополнительной специализации и факультативов), индивидуальные образовательные траектории (хотя бы номинальные) и междисциплинарность (обосновать ее помогают проекты из реальной жизни). Обязательно должен быть объявлен крестовый поход против лекций.

Предел догоняющего развития

Образовательные инновации полезны хотя бы потому, что заставляют преподавателей и администраторов обновить учебные планы, а в процессе — задуматься над тем, что и зачем они делают со студентами. Также трудно отрицать, что движение в сторону от советской модели подготовки специалистов для плановой экономики делает образование более адекватным современному миру.

Однако уходить от советской образовательной трубы можно в разных направлениях: не говоря уже о том, что ее альтернативы не исчерпываются джентльменским набором, любой из элементов этого набора может принимать очень разные формы.

Какова оптимальная степень свободы при выборе курсов? Что именно должен делать студент в рамках «проекта из реальной жизни»? Можно ли всерьез ввести студента в непрофильную дисциплину с помощью одного курса? А трех курсов? Какого типа? Или, спускаясь на уровень отдельного курса, каков наиболее результативный формат итоговой работы (нужна ли такая?) в курсе «Великие книги» (var. «Основания естественных наук») (зачем этот курс экономистам или физикам?), где оригинальные тексты (сколько их, каких именно, почему оригинальных?) организованы по хронологическому (почему не тематическому?) принципу? 

И здесь мы сталкиваемся с главной проблемой российских, да и не только российских, образовательных инноваций:

если мы заимствуем чужую модель, мы не понимаем, на что ориентироваться при ее настройке, поскольку не участвовали в процессе ее создания.

Впрочем, часто и создатели инноваций, ориентируясь на видение одного человека с личной харизмой, авторитетом и даром убеждения, могут сказать лишь, что та или иная модель подошла сложившемуся в определенном месте в определенное время коллективному представлению о том, зачем нужно высшее образование и каким оно должно быть. В другом контексте — с другими преподавателями, с другими студентами, с другими стейкхолдерами – самая лучшая модель может потерять свою функциональность.

Инерция мышления преподавателей — главный ограничитель для возможностей переноса образовательных моделей. Трансформационное влияние руководства обычно распространяется лишь до порога учебной аудитории, в которой преподаватель преподает то, что знает и так, как привык, с вынужденными поправками на навязываемые ему новые форматы. В результате, например, идея профессиональной подготовки, усвоенная преподавателями из (пост)советской системы специалитета, вступает в конфликт с идеями свободного образования, где студенты разных направлений встречаются в одной аудитории. Преподаватель со своим мировоззрением, конечно, побеждает, но остается недоволен: чужой формат объективно мешает ему «нормально» работать. 

Заимствование зарубежных моделей — нормальное явление для любой системы высшего образования, оно улучшило образовательное предложение российских университетов, но для университетов-лидеров изменений этот ресурс развития уже исчерпан. Можно продолжать работать над приближением к исходному смыслу тех или иных образовательных моделей — и это, безусловно, лучше, чем внедрять их формально.

Но в современном мире нет консенсуса относительно лучшей модели высшего образования, университетское образование в целом находится в кризисе, и в этой ситуации Россия не может довольствоваться неизбежно несовершенными копиями «лучших практик».

То же самое относится и к попыткам продолжить реализацию успешных советских моделей типа «модели Физтеха». То, что эти модели были разработаны в тех же зданиях, где практикуются сейчас, никого не должно обманывать:  воспроизводство советских образовательных моделей в современных условиях — это тоже несовершенное копирование чужих лучших практик.

Экспериментальный подход

Российским университетам пора перейти из позиции догоняющего развития в позицию конструирования собственных моделей. Необходимо сделать образовательный дизайн объектом рефлексии, запустить коммуникацию между преподавателями из различных дисциплин, между преподавателями и руководством, между университетами и другими игроками образовательного рынка с целью трансформации высшего образования на всех уровнях, от отдельного занятия до образовательной программы. Нужны люди, способные организовать такую коммуникацию, формулировать новые образовательные решения и проверять их на практике: сколь угодно абстрактные концепции должны воплощаться в конкретном образовательном дизайне с верифицируемой результативностью. Иными словами, российскому высшему образованию нужны экспериментальные лаборатории.

Что отличает экспериментальный подход к высшему образованию?

в новость++.jpg

Во-первых, наличие фундированной гипотезы. За различными вариантами свободного образования стоят различные философские концепции. За советской образовательной трубой — индустриальные представления об устройстве мира и системе разделения труда. За проблемно-ориентированным обучением — идеи конструктивизма. Критика лекционного формата может обосновываться исследованиями работы памяти, а его защита — теориями межличностного взаимодействия преподавателя и студента в процессе инициации последнего в дисциплинарное пространство. Метод проб и ошибок неэффективен: прежде чем вторгаться в учебный процесс, необходимо обосновать, почему предлагаемое изменение должно сработать.

Во-вторых, все новое предполагает конструктивное нарушение правил, то есть изменение исторически сложившихся практик, которые воспринимаются как естественные и неизбежные (в российской реальности — часто со ссылкой на ФГОСы, чей регулятивный охват систематически преувеличивается). За нарушением правил должны стоять реконструкция оснований существующего образовательного дизайна и целенаправленное изменение этих оснований.

В мире было много радикальных попыток создать антиуниверситет, которые проваливались из-за того, что не предлагали достаточно сильных альтернатив существующему университету.

Однако это не значит, что понятия учебного курса или итоговой аттестации — это вечные формы, сильные альтернативы которым невозможны.

В-третьих, экспериментальный подход предполагает ответственную реализацию — способность настоять на проведении эксперимента несмотря на скептицизм администрации, недоумение студентов и сопротивление преподавателей, а также смелость признать провал, если гипотеза не подтвердится. В истории высшего образования многие гипотезы не выдерживали проверку практикой — но все, что есть в арсенале современных университетов, от исследовательского семинара до лаборатории, от общежитий до стандартизированных экзаменов, когда-то было экспериментом, внедренным и получившем распространение вопреки сопротивлению системы.

Над чем можно экспериментировать? Над содержанием образования (например, включать ли в общеобразовательную компоненту основы предпринимательства, античную философию, статистику...), образовательными методиками (проблемно-ориентированное обучение, обучение через искусство...), моделями учебных планов (система распределительных требований, обязательное «ядро»...), типами и объемом дисциплинарной специализации, педагогическим дизайном отдельных курсов, модулей и занятий. Можно искать новые подходы к самому процессу построения обучения, проектировать образовательный опыт студентов, строить новую систему оценки. В мировой практике встречаются радикальные эксперименты с образовательной средой: кампусы «в глубинке», как колледж Deep Springs в пустыне Невада (представьте маленький вуз мирового класса на острове Врангеля или на Камчатке), приключенческое или экспедиционное образование, образование, связанное с постоянной сменой локации (Minerva Project). 

SAS как лаборатория

В российском университетском пространстве есть место, максимально подходящее для запуска экспериментальной лаборатории. Это Школа перспективных исследований (SAS) ТюмГУ.

Бакалавриат SAS дальше других российских вузов продвинулся в «догоняющем развитии» – здесь полностью инсталлирована модель свободного образования (liberal arts and sciences), от структуры учебных планов и форматов занятий до выбора направления подготовки после второго курса.

Профессора SAS — граждане 12 стран — имеют самые разные представления о бакалаврском образовании, которые они вынесли из тех университетов, где учились и работали, и из своих дисциплинарных культур, от биологии до истории. SAS — редкая институция, где нет одной образовательной модели, доминирующей в сознании преподавателей. В результате перед Школой в полный рост встала проблема, с которой неизбежно сталкиваются университеты, уходящие от инерционного воспроизведения исторически сложившихся образовательных программ: вы можете делать очень разные вещи, но у вас нет надежных оснований для того, чтобы решить, что именно.

Осенью этого года SAS запускает магистерскую программу «Экспериментальное высшее образование» (X-HE — Experimental Higher Education), которая будет функционировать как лаборатория по трансформации образовательного дизайна бакалавриата Школы и по подготовке профессионалов, способных запустить процесс конструирования образовательных моделей. X-HE на целый учебный год включит своих магистрантов в процесс непосредственного взаимодействия с международными преподавателями и студентами SAS и даст им возможность экспериментировать с образовательным дизайном бакалавриата на всех уровнях, от конструкции отдельного занятия до проектирования образовательной траектории студентов.

Хотя опыт погружения в междисциплинарное, англоязычное, международное пространство бакалавриата SAS ценен сам по себе, наша задача — не научить магистрантов воспроизводить модель SAS в других университетах, а создавать собственные модели. Мы хотим сделать из них уникальных сотрудников, способных осмысленно трансформировать образовательный дизайн, погружаясь в живой образовательный процесс. Именно эту способность студенты магистратуры X-HE должны будут продемонстрировать во второй год обучения, который они проведут, работая в других образовательных институциях.

Помимо способности к экспериментальной трансформации образования,  выпускник программы должен разбираться в истории высшего образования и в современных трендах, иметь представление о философии знания и теориях обучения. Наконец, выпускник X-HE должен уметь руководить экспериментом как полноценным проектом, а для этого ему необходимо понимать механику организационных изменений в университетах, организовывать работу трансформационных команд и обладать способностью преодолевать неизбежное сопротивление.

Магистерская программа Experimental Higher Education построена на 5 принципах:
  1. Реальные эксперименты на площадке бакалавриата Школы перспективных исследований (SAS) – от разработки дизайна одного занятия до траектории студента.
  2. Фундаментальная академическая база: философия знания, политика и экономика высшего образования, педагогический дизайн, организационный анализ и другие дисциплины, которые будут вести профессора высшего образования из разных стран и эксперты по образованию за пределами университетов.
  3. Принцип когорты: подобно выпускникам лучших программ MBA, выпускники X-HE должны представлять собой профессиональную группу, объединенную общим опытом и перерастающую в сообщество выпускников, поддерживающих друг друга в своей деятельности.
  4. По-настоящему сложные экзамены-испытания с участием внешних экспертов. Один из них – презентация собственной образовательной инновации перед потенциальными стейкхолдерами в Московской школе управления СКОЛКОВО.
  5. Глобальность: разработки студентов должны быть актуальными не только для России. X-HE – англоязычная программа с международным преподавательским составом, ставящая эксперименты в школе, свободной от постсоветской инерции. Ее цель — дизайн образовательных моделей, релевантных для университетов во всем мире. 
В мире нарастает волна обсуждения образовательных реформ. Форсированный переход в онлайн дал толчок обсуждению базовых вопросов о сути высшего образования.

В чем преимущества длинной четырехлетней бакалаврской программы над набором коротких образовательных модулей, которые человек может проходить по мере необходимости? Что должен знать и уметь каждый человек с высшим образованием?

Должны ли бакалаврские программы быть дисциплинарными, мультидисциплинарными, междисциплинарными или а-дисциплинарными? Есть ли в университетском образовании что-то, помимо формирования компетенций? Возможно ли обучение без властной позиции преподавателя? Как готовить выпускников, которые одновременно критичны и этичны, являются лидерами и командными игроками? 

Дискуссии об университетском образовании в России должны выходить на обсуждение этих и других основополагающих вопросов. Но начать мы хотим с разговора об образовательных экспериментах, которые уже были реализованы в российских университетах. Какие-то из этих проектов известны широко, какие-то — только своим непосредственным участникам. Если вы делаете что-то, что вы определяете как эксперимент, пожалуйста, заполните форму и коротко расскажите о своем проекте. По итогам сбора кейсов мы планируем развернуть серию онлайн-дискуссий с их авторами и обсудить, в чем состояла инновация, что получилось, а что — нет. Если у вас пока нет опыта экспериментирования, о котором вы хотели бы рассказать, но вам интересна эта тема, подпишитесь на рассылку X-HE, из которой вы сможете узнавать о наших мероприятиях.

Рубрики:
Меню